Тексты
Мифы и Легенды
Реклама: работа директор руководитель.

.


Прядь о Хрейдаре

     Жил человек по имени Торд. Он был сыном Торгрима, сына Хрейдара, которого убил Глум1. Торд был небольшого роста и хорош собой. У него был брат по имени Хрейдар. Был он безобразен и умом не вышел, так что приходилось за ним присматривать. Быстрый и сильный то был человек, и нравом покладистый. Он все время жил дома, а Торд ездил по торговым делам, был дружинником конунга Магнуса2 и уважаемым человеком.
     Однажды, когда Торд снаряжал свой корабль в Островном фьорде, туда пришел Хрейдар, его брат. Торд, увидев его, спросил, зачем он пришел. Хрейдар говорит:
     - Да уж не без дела.
     - Что же ты хочешь? - спрашивает Торд.
     - Я хочу уехать, - говорит Хрейдар.
     Торд сказал:
     - Ни к чему тебе уезжать. Лучше я предложу тебе вот что; ты возьмешь себе все отцовское наследство, а это в два раза больше того, что я вложил в торговлю.
     Хрейдар отвечает:
     - Немного у меня ума, - говорит он, - если я возьму неравную часть и за это лишусь твоей защиты и поддержки, так что любой сможет вытянуть у меня деньги, в делах-то я ничего не смыслю. И тебе же будет не лучше, если придется вмешаться, когда я примусь нападать на тех, кто зарится на мое имущество, или учиню еще что-нибудь против них, а потом меня побьют за это, а то и ранят. И кроме того, похоже, что тебе нелегко будет меня удержать, раз я решил уехать.
     - Может и так, - говорит Торд, - но не говори никому о своей поездке.
     Тот пообещал. А после того, как они расстались, Хрейдар стал говорить всем и каждому, что он собирается уехать вместе со своим братом, и все стали осуждать Торда за то, что он берет с собой дурака.
     И вот они снаряжают корабль, выходят в море и благополучно приплывают в Бьёргюн. Торд сразу же спрашивает, где конунг, и ему говорят, что конунг Магнус в городе, и только что прибыл, и не велел беспокоить его в тот день, потому что нуждается в отдыхе. Тут все стали разглядывать Хрейдара, потому что он выделялся среди других людей тем, что был высок и безобразен и заводил разговор со всяким встречным.
     Рано утром, прежде чем люди проснулись, Хрейдар поднимается и кричит:
     - Проснись, брат! Немного ведает спящий. У меня есть новости. Я слышал только что странный шум.
     - На что он был похож? - спрашивает Торд.
     - На звериный рев, - говорит Хрейдар, - и очень громкий, но я не знаю, что это был за шум.
     - Не придавай этому большого значения, - говорит Торд, - должно быть, то был звук рога.
     - А что он значит?- спрашивает Хрейдар. Торд отвечает:
     - Может трубят на сходку, а может, корабль спускают.
     - А что значит "сходка"? - спрашивает Хрейдар.
     - Там решают все спорные дела, - говорит Торд, - и обсуждают то, что конунг считает нужным обнародовать.
     - А конунг сейчас может быть на сходке? - спрашивает Хрейдар.
     - Конечно, - отвечает Торд.
     - Тогда я оправлюсь туда, - говорит Хрейдар, - потому что первым делом хочу я придти в такое место, где можно увидеть как можно больше людей сразу.
     - Нет у нас с тобой согласия, - говорит Торд. - Мое мнение, что лучше тебе держаться подальше от таких мест. Я идти туда не собираюсь.
     - Не то ты говоришь, - отвечает Хрейдар, - мы оба должны пойти. Хоть тебе и кажется, что мне не стоит идти одному, но тебе не удастся отговорить меня от этого.
     Хрейдар убегает, а Торд видит теперь, что придется идти, и отправляется вслед за Хрейдаром, а тот прибавляет шагу, и между ними большое расстояние. Когда Хрейдар увидел, что Торд идет медленно, он сказал:
     - Что и говорить, плохо быть небольшого роста, когда не можешь взять силой. При этом, правда, можно быть быстроногим, сдается мне, однако, что к тебе это не относится. И ты не стал бы хуже, если бы ты был менее красив, но зато ходил как все люди.
     Торд ответил:
     - Не думаю, чтобы моя слабость доставляла мне больше неприятностей, чем тебе твоя сила.
     - Так давай сожмем друг другу руки, чтобы испытать их силу, брат, - говорит Хрейдар.
     Они так и делают и идут еще некоторое время. И вот у Торда онемела рука, и он ее вырывает: нелепым кажется ему держаться за руки с Хрейдаром. Тогда Хрейдар прибавляет шагу, останавливается на пригорке и осматривается. Он видит место, где собралось множество народу. Торд подходит и говорит:
     - Будем держаться вместе, брат.
     Хрейдар так и делает.
     И когда они прибыли на тинг, многие узнали Торда, хорошо его встретили и доложили о нем конунгу. Торд тотчас же предстал перед конунгом и приветствовал его, и конунг милостиво ответил на его приветствие. Когда братья пришли на тинг, они сразу же расстались, и Хрейдара стали таскать за одежду и толкать. Он много болтал и смеялся, и всем казалось куда как забавно задирать его, так что он насилу мог пробиться среди обступивших его людей.
     Конунг стал расспрашивать Торда о новостях и потом спросил его, не приехал ли с ним кто-нибудь, кого он хотел бы представить ему.
     - Со мной в плавании был мой брат, - говорит Торд.
     - Это, должно быть, хороший человек, - говорит конунг, - если он похож на тебя. Торд говорит:
     - Не похож он на меня.
     Конунг сказал:
     - Однако он все же может быть хорошим человеком. А в чем вы больше всего несхожи?
     Торд сказал:
     - Высок он ростом, безобразен он и совсем неказист. Сильный и незлобивый это человек.
     Конунг сказал:
     - Наверно у него все-таки немало достоинств.
     Торд говорит:
     - Не славился он умом, когда был молод.
     - Меня больше интересует, - говорит конунг, - как сейчас обстоят дела. За собой-то он следить может?
     - Не во всем, - говорит Торд. Конунг сказал:
     - Зачем же ты взял его из дому?
     - Государь, - говорит Торд, - мы владеем всем поровну, но ему нет никакого проку от имущества, торговыми делами он не занимается, он просил только одного - поехать со мной за море, и мне показалось несправедливым отказать ему в этом, раз уж он дает мне всем распоряжаться. И мне подумалось, что встреча с вами принесла бы ему удачу.
     - Я хотел бы его видеть, - говорит конунг.
     - Так и будет, - говорит Торд, - но теперь он куда-то запропастился.
     Тогда конунг посылает за ним. И когда Хрейдар слышит, что конунг хочет его видеть, то он идет, задрав нос и не разбирая дороги, ведь ему было непривычно, что конунг ищет с ним встречи. Одет он был так: на нем были штаны до щиколоток3 и серый плащ. И когда он предстает перед конунгом, то падает на колени и приветствует его. Конунг отвечает ему, смеясь:
     - Если у тебя ко мне есть дело, то говори прямо, чего ты хочешь. Ведь и у других есть нужда поговорить со мной.
     Хрейдар говорит:
     - Мое дело, думаю я, очень важное. Я хотел на тебя посмотреть, конунг.
     - Ну и как, доволен ты, - говорит конунг, - тем, что меня видишь?
     - Конечно, - говорит Хрейдар, - но не уверен я в том, что рассмотрел тебя как следует.
     - Так как же нам быть? - говорит конунг. - Может, ты хочешь, чтоб я встал?
     Хрейдар отвечает:
     - Пожалуй, - говорит он. Поднявшись, конунг сказал:
     - Ну, теперь я думаю, ты меня можешь хорошо рассмотреть.
     - Не совсем хорошо, - говорит Хрейдар, - но почти.
     - Может быть ты хочешь, - говорит конунг, - чтобы я снял плащ?
     - Конечно, я этого хочу, - говорит Хрейдар. Конунг сказал:
     - Мы должны прежде это дело обсудить. Вы, исландцы, большие выдумщики, и мне не хотелось бы допустить, чтобы ты это обратил в насмешку, хочу я этого избежать.
     Хрейдар говорит:
     - Никто не смеет, конунг, дурачить тебя или лгать тебе.
     Тогда конунг снимает с себя плащ и говорит:
     - Теперь смотри на меня так внимательно, как тебе хочется.
     - Ладно, - говорит Хрейдар.
     Он обходит конунга кругом, бормоча себе при этом под нос:
     - Прекрасно, прекрасно.
     Конунг сказал:
     - Теперь ты меня рассмотрел, как тебе хотелось?
     - Конечно, - говорит он. Конунг спросил:
     - Ну и понравился я тебе?
     Хрейдар отвечает:
     - Не преувеличил Торд, брат мой, когда говорил о тебе хорошее.
     Конунг сказал:
     - Сумел ли ты найти какой-нибудь изъян, которого другие не замечали?
     - Не думал я искать, - говорит он, - да и не смог бы, потому что каждый предпочел бы быть таким как ты, когда б от него это зависело.
     - Ты преувеличиваешь, - говорит конунг. Хрейдар отвечает:
     - Тогда следовало бы бояться лести, - говорит он, - когда б ты не был на самом деле таким, каким я тебя нашел, о чем я и сказал только что.
     Конунг сказал:
     - Все же найди какой-нибудь изъян, пусть хоть самый маленький.
     - Вот разве что, - говорит он, - один глаз у тебя немного выше другого.
     - До тебя это заметил только один человек, - говорит конунг, - и это был Харальд конунг, мой родич4. А теперь давай сквитаемся, - говорит конунг. - Встань-ка теперь ты и сними свой плащ, а я на тебя посмотрю.
     Хрейдар сбрасывает плащ, а ручищи у него грязные - человек он был большерукий и безобразный, - вымыты кое-как. Конунг смотрит на него пристально.
     Тут Хрейдар сказал:
     - Государь, - говорит он, - как ты меня находишь?
     Конунг говорит:
     - Думается мне, что не родился еще человек безобразнее тебя.
     - Так говорят, - отвечает Хрейдар. - Ну, а нет ли, на твой взгляд, во мне чего-нибудь хорошего? Конунг сказал:
     - Говорил мне Торд, брат твой, что ты человек добродушный.
     - Так оно и есть, - сказал Хрейдар, - да сдается мне, что это плохо.
     - Но однажды ты разгневаешься, - сказал конунг.
     - Тебе видней, государь, - говорит Хрейдар. - А долго ли еще ждать?
     - Точно не знаю, - говорит конунг. - Скорее всего, случится это нынешней зимой.
     Хрейдар сказал:
     - Спасибо на добром слове.
     Конунг сказал:
     - К чему у тебя есть умение?
     Хрейдар говорит:
     - Никогда я ничего не пробовал, а потому и не знаю.
     - Возможно, что ты на что-то способен, - говорит конунг.
     - Спасибо на добром слове, - сказал Хрейдар. - так и должно быть, раз ты так сказал. Мне, видно, потребуется место для зимовки.
     Конунг сказал:
     - За этим дело не станет. Но я считаю, что лучше было бы тебе остановиться там, где поменьше народу.
     Хрейдар ответил:
     - Ну что ж, - говорит он, - но только нигде не будет так мало народу, чтобы не всплыло все, что я скажу - и скажу-то в шутку, - а я человек несдержанный на язык и много чего могу наговорить. Вот и может случиться так, что мои слова разнесут повсюду, и надо мной станут насмехаться и придадут слишком большое значение тому, что я сказал в шутку или просто сболтнул. И поэтому кажется мне более разумным держаться тех, кто обо мне заботится, как Торд, мой брат, хотя бы там было и множество народу, чем жить там, где людей немного, но никому ни до чего нет дела.
     Конунг сказал:
     - Поступай как знаешь, отправляйтесь оба к моим дружинникам, если вам это больше нравится.
     Как только Хрейдар услышал эти слова конунга, он убегает и рассказывает всякому, кому не лень его слушать, что конунг принял его очень хорошо, а своему брату Торду говорит, что конунг разрешил ему жить с его дружинниками.
     Торд сказал:
     - Тогда тебе нужно одеться и вооружиться достойно и как подобает тому, у кого ни в чем нет недостатка; ведь многих красит богатая одежда, а быть хорошо одетым важнее в палатах конунга, чем где бы то ни было. Да и дружинники тогда не станут над тобой смеяться.
     Хрейдар отвечает:
     - Очень ты ошибаешься, если думаешь, что я собираюсь наряжаться.
     Торд сказал:
     - Так сошьем тебе одежду из домотканного сукна.
     Хрейдар отвечает;
     - Лучше уж так, - говорит он.
     Так и было сделано, как посоветовал Торд, и Хрейдар на это согласился. Теперь у него одежда из домотканного сукна, он умывается и сразу начинает казаться совсем другим человеком. Красивее он не стал, а вид у него доблестный.
     Таким он, однако, был человеком, что когда они с Тордом жили с дружинниками, то Хрейдару поначалу здорово от них доставалось, и они всячески над ним подшучивали. Вскоре увидели они, что он большой любитель поговорить, и все пошло так, как и следовало ожидать. Он их очень забавлял и сам все время смеялся над тем, что они говорили, и такой он был весельчак, что всех их превзошел и в разговоре, и в состязаниях. И оттого, что он был очень силен, а они со временем убедились в том, что он на них обиды не держит, дружинники оставили его в покое <...>5.
     В то время страной управляли два конунга: конунг Магнус и конунг Харальд6. Возник тогда спор <...>7, что дружинник конунга Магнуса убил дружинника конунга Харальда, и было условлено, что конунги сами встретятся и разберут это дело. И когда Хрейдар слышит о том, что конунг Магнус должен отправиться на встречу с конунгом Харальдом, он идет к конунгу Магнусу и говорит:
     - Есть кое-что, - говорит он, - о чем я хочу тебя просить.
     - Что же это? - сказал конунг. Хрейдар сказал:
     - Разреши мне поехать с тобой. Не скажу, чтобы я много путешествовал, но уж очень мне хочется увидеть сразу двух конунгов в одном месте.
     Конунг отвечает:
     - Правду ты говоришь, путешествовал ты мало. И тем не менее я не могу позволить тебе ехать со мной, потому что негоже тебе попасть в лапы людям конунга Харальда. Как бы не было от этого беды и тебе, и другим. Боюсь я, что тогда-то и охватит тебя гнев, которого ты так ждешь, а лучше бы обойтись без этого.
     Хрейдар отвечает:
     - Хорошо ты сказал. И вправду, надо ехать, коль есть надежда, что я разозлюсь.
     Конунг говорит:
     - И ты поедешь, даже если я не позволю?
     Хрейдар отвечает:
     - Все равно поеду.
     - Не думаешь ли ты, что тебе удастся поступить со мной так же, как с твоим братом Тордом? Потому что с ним тебе всегда удавалось настоять на своем,
     Хрейдар говорит:
     - Тем легче мне это удастся с вами, потому что ты умнее его.
     Конунг видит теперь, что его не остановишь, и думает, что еще неизвестно, что из того выйдет, если Хрейдар поедет не в его свите, а один или незнамо с кем. Он разрешает Хрейдару сопровождать его, и тому дают коня.
     И как только они отправились в путь, Хрейдар поскакал галопом сломя голову и загнал коня. Когда конунг узнал об этом, он сказал:
     - Все к лучшему. Отправьте теперь Хрейдара домой, и пусть он не едет.
     Тот говорит:
     - Хоть конь пал, поездке это моей не помешает. Придется мне немного пробежаться, если я не хочу от вас отстать.
     Вот они едут, и многие припустили коней, состязаясь с ним в беге, почему б, думают, не испытать быстроту его ног, раз он сам ею хвастался. Но выходило так, что он загонял любого коня, какого против него ни выставляли: он де был бы недостоин придти на сходку, если б ему было за ними не поспеть. И поэтому многие остались без лошадей.
     И когда они прибыли на место встречи, конунг Магнус сказал Хрейдару:
     - Следуй повсюду за мной и никуда не отлучайся. Есть у меня предчувствие, что не будет добра от того, что люди конунга Харальда увидят тебя.
     Хрейдар ответил, что все будет так, как сказал конунг:
     - Думаю, что лучше мне от вас не отставать.
     Вот конунги встречаются, вступают в беседу и обсуждают свое дело. А люди конунга Харальда увидели Хрейдара, прослышали о его славе и решили позабавиться. И пока конунги разговаривали, Хрейдар ушел с людьми Харальда. Они завели его в лес неподалеку и стали таскать за одежду и то и дело толкали его. Раз на раз не приходится: то летал он как соломинка, а то стоял крепко как стена, и они от него отскакивали. Вот забава зашла так далеко, что они стали обращаться с ним куда как грубо, пустив в ход рукояти секир и ножны. Они кололи его в голову концами ножен и поранили его. Он же вел себя так, как если бы ему это казалось величайшей забавой, и все время смеялся. И так продолжалось до тех пор, пока с их стороны игра и вовсе не улучшилась. Тогда Хрейдар сказал:
     - Ну, поиграли и довольно. Надоело мне это. Пойдем теперь к вашему конунгу, хочется мне на него поглядеть.
     - Не бывать тому, - сказали они, - чтобы такой дьявол как ты увидел нашего конунга. Лучше мы отправим тебя в Хель.
     Не слишком пришлось ему это по душе, да и похоже было, что они не остановятся на угрозах. И вот дошло до того, что он потерял терпение и разгневался. Схватил он тут человека, который больше других на него нападал и над ним издевался, поднял его в воздух и ударил головой оземь, да так, что у того брызнули мозги, и он умер. Тут решили они, что он наделен нечеловеческой силой и бросились бежать, пришли и рассказали конунгу Харальду, что убит его дружинник.
     Конунг отвечает:
     - Так убейте того, кто это сделал.
     - Нелегко это, - говорят они, - ведь он уже ушел.
     А теперь нужно рассказать о том, что Хрейдар встретился с конунгом Магнусом. Конунг сказал:
     - Ну, теперь ты узнал, каково это - гневаться?
     - Да, - говорит тот, - теперь знаю.
     - Ну и как? - говорит конунг. - Помнится, прежде тебя это очень занимало.
     Хрейдар отвечает:
     - Ничего хорошего, - говорит он. - Больше всего мне хотелось бы всех их убить.
     Конунг сказал:
     - Я всегда знал, - говорит конунг, - что когда ты разгневаешься, это плохо кончится. Теперь я хочу послать тебя в Уппланд к Эйвинду, моему лендрманну, чтобы он укрыл тебя от конунга Харальда, не уверен я, что ты будешь в сохранности, если останешься с дружиной, потому что знаем мы: коварен родич Харальд, и трудно от него уберечься. Вернешься ко мне, когда я за тобой пошлю.
     Вот Хрейдар уезжает в Уппланд, и Эйвинд принимает его, как приказал конунг. Конунги уже уладили свой прежний спор, но это дело не было улажено. Думалось конунгу Магнусу, что эти люди сами во всем виноваты и потому лишили себя права на возмещение. Он считал, что за убитого дружинника не нужно платить виры, а конунг Харальд требовал возмещения за своего дружинника, и они расстались, не достигнув согласия.
     Прошло немного времени и конунг Харальд узнал, где укрывают Хрейдара. Тогда он пускается в путь и прибывает в Уппланд к Эйвинду с шестью десятками людей. Он приезжает туда рано утром, думая застать их врасплох. Но из этого ничего не вышло, потому что Эйвинд предвидел, что он может явиться, и был к этому готов. Он тайно собрал людей, и они прятались в лесу около усадьбы. Эйвинд должен был дать им знать, когда прибудет конунг Харальд и понадобится их помощь.
     Рассказывают, что незадолго до того, как приехал конунг Харальд, Хрейдар попросил Эйвинда дать ему серебра и немного золота.
     - А ты в этом деле сведущ? - говорит тот. Хрейдар отвечает:
     - Так сказал мне конунг Магнус. А сам я об этом ничего не знаю, ведь я еще ни за что не брался. Но раз он так сказал, то я ему верю.
     Эйвинд сказал:
     - Странный ты человек, - говорит он. - Я дам тебе материал для работы. Вернешь мне серебро, если у тебя ничего путного не выйдет, а если выйдет, тогда пусть оно останется у тебя.
     Хрейдара заперли в одном доме, и он принялся за работу. И прежде, чем работа его подошла к концу, приезжает конунг Харальд. И как я раньше уже говорил, Эйвинд был к этому готов, и задает он конунгу большой пир. И вот, когда они сидят и пируют, спрашивает конунг, здесь ли Хрейдар - "и можешь рассчитывать на мою дружбу, если выдашь мне этого человека".
     Эйвинд отвечает:
     - Нет его теперь здесь, - говорит он.
     - А я знаю, - говорит конунг, - что здесь он, и ни к чему тебе скрывать это.
     Эйвинд сказал:
     - Хотя бы и так, но я не намерен угождать тебе больше, чем конунгу Магнусу, и выдавать тебе человека, которого он отдал под мою защиту.
     И тут он выходит из горницы. А когда он выходит, Хрейдар колотит в дверь и кричит, чтобы его выпустили.
     - Тише, - говорит Эйвинд, - конунг Харальд приехал и хочет тебя убить.
     Хрейдар все равно продолжает стучать и говорит, что он хочет встретиться с конунгом. Видит Эйвинд, что он сейчас выломает дверь, подходит и отпирает.
     Он сказал:
     - Да заберут тебя тролли, - говорит он, - идешь ты на верную смерть.
     Хрейдар входит в горницу, подходит к конунгу и приветствует его. Он сказал:
     - Государь, смени гнев на милость, ведь я могу тебе во многом быть полезным и сделаю, что ты мне прикажешь, даже если поручение будет не очень-то приятным, в случае опасности или любом другом, и я с готовностью все выполню, куда бы ты меня ни послал. Есть у меня одна ценная вещь, которую я хочу тебе подарить, - и ставит ее перед ним на стол. А была то свинья, сделанная из серебра и позолоченная. Когда конунг увидел свинью, он сказал:
     - Что и говорить, искусен ты. Никогда не видел я ничего подобного.
     И вот пошла она по рукам. Конунг говорит, что он готов с ним помириться, - "и ты годишься на то, чтобы дать тебе важное поручение. По-моему ты человек сильный и бесстрашный".
     Вот свинья возвращается обратно к конунгу. Он берет ее и рассматривает внимательнее и видит он теперь, что у нее сосцы, и что это самка8. Тогда он отбрасывает ее, понимая, что она сделана ему в насмешку, и говорит:
     - Да заберут тебя тролли! Встаньте, люди, и убейте его.
     Но Хрейдар берет свинью и выходит вон. Он сразу же отправляется в путь, прибывает к конунгу Магнусу и рассказывает ему о том, что произошло. А те люди вскочили и бросились за ним, чтобы убить его. И когда они вышли, то им навстречу выступил Эйвинд со множеством людей, так что они не смогли схватить Хрейдара. На этом конунг Харальд с Эйвиндом расстались, и конунг был недоволен.
     И когда конунг Магнус и Хрейдар встретились, спрашивает конунг, как он съездил, а Хрейдар рассказывает, как оно было, и показывает конунгу свинью. Конунг Магнус сказал, взглянув на свинью.
     - Хорошая работа. Но родич наш, конунг Харальд, мстил и за гораздо меньшие оскорбления. Немало у тебя, однако, храбрости и выдумки.
     Хрейдар пробыл после этого некоторое время у конунга Магнуса. Однажды приходит он побеседовать с конунгом и говорит;
     - Хочу я, конунг, чтобы ты позволил мне то, о чем я тебя попрошу.
     - Что это такое? - спрашивает конунг.
     - А то, государь, - говорит Хрейдар, - чтобы ты выслушал хвалебную песнь, которую я о вас сложил.
     - Почему бы и нет, - говорит конунг.
     Вот Хрейдар говорит песнь, и она очень странная: вначале неудачная, но, чем дальше, тем лучше. И когда кончилась песнь, конунг сказал:
     - Странной кажется мне эта песнь, однако она хороша в конце. Песнь эта подобна твоей жизни: нескладно началась она, но со временем будет все лучше и лучше. Я хочу назначить тебе награду за песнь. Есть один остров у берегов Норвегии, который я тебе пожалую. На нем хорошие пастбища, и это добрая земля, хотя она и невелика.
     Хрейдар сказал;
     - Там я соединю Норвегию с Исландией.
     Конунг сказал:
     - Не знаю я, чем это обернется. Но одно знаю наверняка: многие захотят купить у тебя этот остров и дать тебе за него деньги, но, думаю, будет разумнее, если я сам куплю его, чтобы не стал он костью, из-за которой бы перегрызлись ты и те, кто пожелают его купить. И неразумно было бы тебе оставаться в Норвегии слишком долго, потому что я знаю, как конунг Харальд решит твою судьбу, если он за это возьмется, а того не миновать, останься ты в Норвегии.
     Тут дает ему конунг Магнус серебро за остров и хочет, чтобы он не подвергал себя опасности, оставаясь здесь. Хрейдар уезжает в Исландию, селится на севере в Сварвадардале и становится большим человеком. И по предсказанию конунга Магнуса дела его идут хорошо, и чем дальше, тем лучше, и всего более пошли ему на пользу те странные поступки, что он совершил в начале своей жизни. Он жил до старости в Сварвадардале, и многие ведут от него свой род. И здесь заканчивается этот рассказ.

 


Источник: "Корни Иггдрасиля", М., "Терра", 1997. Оцифровка: Halgar Fenrirsson

1 Имеется в виду Вига-Глум, герой одноименной саги.

2 Магнус Добрый - норвежский конунг (1035-1046/7), сын Олава Святого.

3 Одежда подростков или дураков.

4 Харальд Суровый, единоутробный брат Олава Святого, отца Магнуса.

5 Пропуск в рукописи.

6 Харальд и Магнус совместно управляли в промежутке между возвращением Харальда в Норвегию (1046) и смертью Магнуса (опять же 1046).

7 Пропуск в рукописи.

8 Отца Харальда звали Сигурд Свинья.

 

^
[an error occurred while processing this directive]