Тексты
Мифы и Легенды
Реклама:

Тристан и Изольда
Морхульт Ирландский

   Знайте также, что на жителях Корнуэльса лежала ежегодная дань в сто девушек, сто юношей, достигших пятнадцати лет, и сто чистокровных лошадей. И была эта дань установлена двести лет назад, во времена короля Тонозора Ирландского, и взималась каждый год сполна вплоть до времени короля Марка. А при нем прекратились эти поборы, ибо прекрасный Тристан, добрый рыцарь, сразил Морхульта, брата ирландской королевы, прибывшего в Корнуэльс, чтобы вытребовать эту дань; он убил его на острове Святого Самсона8, как будет о том поведано в нашей повести.
   Тристан отправился к королю Марку, своему дяде, и попросился к нему на службу. И король пожелал узнать, кто он таков.
   - Отрок из дальних краев,- отвечает Тристан,- что готов послужить вам, если будет на то ваше согласие.
   - Даю его с превеликой охотой,- молвит король,- ибо мнится мне, что ты хорошего рода.
   И Тристан зажил у своего дяди, как пришлец, и повел себя так, что скоро ни одного отрока при дворе не ставили по сравнению с ним ни в грош.
   Ездит он с королем в лес и прислуживает ему во время охоты. А тот ценит его превыше всех своих приближенных и шагу не хочет ступить без него, ибо за что бы ни взялся Тристан, все умеет он довести до конца. Столь пригож он с виду и столь ловок во всяком деле, что придворные смотрят на него с завистью, ибо во всем он их превосходит. Так служил Тристан у короля Марка до тех пор, пока не минуло ему пятнадцать лет. И стал он к тому времени так силен и отважен, что не сыскать было равных ему по силе и отваге.
   Гувернал счастлив видеть, что воспитанник его так вырос и возмужал, ибо теперь ему впору принять рыцарское посвящение. И если примет он его, немало славных дел удастся ему свершить.
   Тогда случилось, как я уже вам говорил, что в начале мая Морхульт Ирландский с великим множеством своих людей явился требовать дань, которой жители Корнуэльса были обязаны ирландскому королю. И вместе с Морхультом прибыл один рыцарь, доблестный и храбрый, но еще молодой; звали его Гайерет9, и был он дружинником Морхульта.
   Как раз в то время воцарился король Артур10; совсем недавно возложил он на себя корону.
   Узнав, что ирландцы прибыли за данью, опечалились жители Корнуэльса великой печалью, и поднялся повсюду стон и плач. Принялись рыдать дамы и рыцари и так говорить о своих детях: "На горькое горе были вы рождены и вскормлены, ибо суждено вам стать рабами в Ирландии. Земля, почему не разверзлась ты и не поглотила наших детей? Видеть это было бы для нас меньшим бесчестьем, чем смотреть, как ирландцы увозят их в рабство. Коварное и жестокое море! И ты, изменчивый ветер! Почему не потопили вы ирландские корабли в пучине?"
   И так громко стонут они и рыдают, что в ту пору не расслышать было бы и грома с небес.
   И Тристан спрашивает у одного рыцаря, отчего подняли они такой шум, и кто этот Морхульт, о котором они говорят. И тот ему отвечает, что Морхульт приходится братом ирландской королеве, что он один из лучших рыцарей на свете и что явился он в Корнуэльс, чтобы вытребовать дань. И получил наказ вступить в единоборство с любым, кто дерзнет ему воспротивиться. Но только никто не посмеет с ним сразиться, ибо очень уж он могучий и храбрый воин.
   - А что будет,- спрашивает Тристан,- если кто-нибудь осилит его в схватке?
   - Клянусь честью,- отвечает рыцарь,- тогда жители Корнуэльса будут избавлены от дани.
   - Клянусь именем господним,- молвит Тристан,- легко же им от нее избавиться, если выкупом за всех служит жизнь одного человека.
   - Нет, им это не под силу,- говорит рыцарь,- ибо не найдется в этой стране ни одного храбреца, что дерзнул бы сразиться с Морхультом.
   - Клянусь честью,- молвит Тристан,- нет на свете более жалких трусов, чем жители этой страны!
   И вот идет он к Гуверналу и говорит ему:
   - Господин мой, у жителей Корнуэльса заячьи души, ибо нет среди них такого храбреца, что дерзнул бы сразиться с Морхультом и положить конец этим поборам. Будь я рыцарем, я вступил бы с ним в поединок, чтобы вызволить их из рабства. И если с божьей помощью удалось бы мне осилить Морхульта, покрыл бы я славой весь свой род и тем паче самого себя на всю свою жизнь. Но что вы думаете об этом деле? В этой битве я сумею доказать, суждено ли мне когда-нибудь сделаться настоящим мужчиной. А если не сумею, пусть убьет меня Морхульт, ибо лучше пасть от руки столь доблестного и славного рыцаря, чем жить среди этих трусов: больше будет мне в том чести!
   Гувернал, любивший Тристана, как никого на свете, отвечает:
   - Тристан, милый мой сынок, хороши твои слова. Но Морхульт - рыцарь, коему не сыскать равных. А ты еще так молод и ничего не смыслишь в ратном ремесле.
   - Господин мой,- молвит Тристан,- если не осмелюсь я на это дело, считайте, что обманул я ваши надежды и никогда не стать мне настоящим мужчиной. Отрадно мне было узнать от вас, что отец мой слыл одним из лучших рыцарей на свете. Само естество требует, чтобы мы с ним были похожи, и, даст бог, я не посрамлю его имени!
   Услышав эти речи, застыл от изумления Гувернал, а потом говорит ему:
   - Делай как хочешь, сынок!
   - Спасибо, господин мой,- отвечает тот.
   Тогда идет Тристан к королю, своему дяде, который пребывал в великом гневе, ибо досадно было ему видеть, что не нашлось в его замке ни единого рыцаря, пожелавшего сразиться с Морхультом и положить конец поборам, ибо не было в Корнуэльсе такого храбреца, который дерзнул бы ему противостоять.
   И вот преклонил Тристан колена перед своим дядей и говорит ему:
   - Сир, долго я служил вам, как мог, и прошу вас в награду за мою службу посвятить меня в рыцари и сделать это сегодня или завтра. Так долго ждал я этой награды, что ваши придворные стали надо мной смеяться.
   Король отвечает:
   - Друг мой, я охотно посвящу вас в рыцари, коли вы у меня того просите; и было бы это посвящение великим праздником, если бы не приезд ирландцев, что привезли нам дурные вести!
   - Сир,- молвит Тристан,- не печальтесь о том, ибо господь избавит нас и от этой напасти, и от многих других!
   Король протянул руку, поднял Тристана и приказал Динасу11, своему сенешалю, позаботиться о нем и отыскать и приготовить все, что ему потребуется, ибо решил он завтра же посвятить его в рыцари.
   Всю ночь молился Тристан во храме Богородицы. А наутро король Марк посвятил его в рыцари с такими почестями, какие только возможны. И бывшие при том говорили, что не было еще видано в Корнуэльсе столь прекрасного рыцаря, как Тристан.
   И в ту пору, как праздновалось посвящение Тристана, явились во дворец четверо рыцарей, мудрых и велеречивых, и от имени Морхульта обратились к королю, не удостоив его поклоном:
   - Король Марк, мы посланы к тебе Морхультом, славнейшим рыцарем на свете, чтобы истребовать дань, которую ты должен ежегодно платить ирландскому королю. Поторопись же, чтобы мог он получить ее не позже, чем через неделю. Если же ты откажешься, мы бросаем тебе вызов от его имени. Берегись прогневать его, ибо тогда не останется у тебя ни клочка земли и весь Корнуэльс будет разорен.
   Услышав эти речи, так опешил король Марк, что не мог вымолвить ни слова.
   Но тут поднялся Тристан и спокойно отвечает:
   - Господа посланцы, передайте Морхульту, что вовеки не видать ему этой дани. Деды наши были простаками и безумцами, но мы умнее их и не желаем расплачиваться за их глупость! А если Морхульт утверждает, что мы - его должники, я готов сойтись с ним в поединке, чтобы доказать, что жители Корнуэльса - свободные люди и ничего не обязаны ему платить!
   Тогда посланцы говорят королю:
   - От вашего ли имени обратился к нам этот рыцарь?
   - Клянусь честью,- отвечает король,- не я приказывал ему так говорить, но раз была на то его воля, я положусь на него и на господа бога и благословлю его на этот поединок, в котором решится судьба всего королевства!
   Услышав эти слова, Тристан облобызал стопы короля, а потом обратился к ирландским послам:
   - Теперь вы можете передать Морхульту, что не получит он этой дани, если только не добудет ее мечом.
   - А кто вы такой,- вопрошают послы,- чтобы бросать вызов Морхульту?
   - Я чужестранец,- отвечает Тристан,- столь верно служивший королю, что он посвятил меня в рыцари.
   - Хорошо, а какого вы роду и племени?
   - Скажите Морхульту,- молвит в ответ Тристан,- что сколь бы ни был знатен его собственный род, ему далеко до моего. Ибо если даже в его жилах течет королевская кровь, то я - сын короля. Мелиадук, король Лоонуа, был моим отцом, а король Марк, сидящий перед вами, мой дядя; меня зовут Тристаном. И пусть ваш господин знает, что, если ему хочется мира, он его получит, а если нет, пусть готовится к битве.
   И тогда они ответили, что передадут его вызов.
   И вот покинули они дворец короля Марка, и отправились к Морхульту, и сообщили ему эту новость.
   - А где должна состояться битва? - спрашивает Морхульт.
   - Клянемся честью,- отвечают они,- он не сказал нам об этом.
   - Тогда возвращайтесь к королю и спросите его, где ей быть.
   - Охотно, сир,- отвечают они.
   И король им говорит:
   - Неподалеку отсюда, на острове Святого Самсона. Пусть каждый сядет в свою ладью и сам добирается до острова. Ведь у них не будет провожатых...
   И всю ночь молились жители Корнуэльса, чтобы смиловался господь над Тристаном и послан ему храбрости и мужества избавить королевство от долгого рабства, в котором оно пребывало с давних пор. А Тристан бодрствовал во храме Богородицы. И лишь перед самым рассветом прилег, чтобы набраться сил перед схваткой с Морхультом. И, поднявшись, облекся в доспехи и отстоял заутреню, а потом вернулся во дворец.
   И король Марк подошел к нему и сказал:
   - Тристан, милый мой племянник, цвет и украшение юношества, отчего же так долго таился ты от меня? Будь мне известно, кто ты такой, не дал бы я тебе позволения на эту битву; уж лучше бы Корнуэльс навсегда остался в рабстве! Если ты погибнешь, вовеки не будет мне радости, и всем нам станет еще хуже, чем было прежде.
   - Не бойтесь, государь,- отвечает Тристан,- а молите бога о помощи, и он услышит нас, ибо правда на нашей стороне.
   - Милый мой племянник,- говорит король,- будем надеяться, что внемлет господь нашим молитвам и избавит Корнуэльс от великой напасти.
   И в то время, как они говорили, дошла до них весть, что Морхульт уже на острове и готов вступить в схватку. Тогда Тристан попросил, чтобы подали ему шлем; сам король затянул на нем ремни. Вооружившись, Тристан вскочи.~ в седло, подъехал и своей ладье, сел в нее и поплыл к острову. И, выйдя на берег вместе с конем, отпустил ее на волю волн, и она скрылась из виду.
   Морхульт спросил у него, зачем он это сделал.
   - Затем,- говорит Тристан,- что, если буду я убит, ты положишь мое тело в свою ладью и отвезешь туда, откуда мы приехали.
   - Не хочу я твоей смерти,- отвечает Морхульт,- ибо сужу по твоим словам, сколь ты разумен. Почему бы не отказаться тебе от этой схватки, не оставить затею, на которую ты решился только по молодости лет и горячности? Я возьму тебя к себе, и мы станем друзьями.
   Но Тристан молвит:
   - Избавь жителей Корнуэльса от тех поборов, что ты с них требуешь, и я охотно откажусь от схватки, а иначе не могу с тобой помириться.
   - Раз так,- говорит Морхульт,- я вызываю тебя на битву.
   - Я готов,- отвечает Тристан,- ведь ради этого я сюда и приехал.

< Назад
Дальше >